ннее на шумных улицах Нью-Йорка, там, где закона порой меньше, чем
беззакония. Рорк понимал это, потому
что и сам пришел из такого мира. Поэтому сюда он ее привез именно тогда, когда
они могли насладиться всем вдвоем.
- Ты здесь устроишь нечто грандиозное, - сказала она, повернувшись к нему
и облокотившись о каменный бортик.
- Так и было задумано.
- Нет, ты не понимаешь. - Она покачала головой, которая, кстати, уже
начала кружиться от выпитого. - Ты
сделаешь здесь то, о чем люди будут говорить веками, о чем они будут мечтать.
Надо же, ты был когда-то уличным
воришкой в Дублине, а теперь... Ты проделал большой путь, Рорк.
Он ехидно улыбнулся:
- Не такой уж большой, лейтенант. Я все еще шарю по карманам, только
стараюсь делать это максимально
законным образом. Увы, брак с полицейским затрудняет проведение некоторых
операций.
- Об этом я ничего не желаю знать, - нахмурилась она.
- Бедная Ева. - Он встал, прихватив с собой бутылку. - Ты такая
правильная. И все еще не можешь прийти в себя от
того, что безумно влюбилась в некую сомнительную личность. - Он снова наполнил
ее бокал. - Ведь всего несколько
месяцев назад этот тип был в списке подозреваемых в убийстве.
- Ты говоришь это так, будто тебе очень нравится быть подозреваемым.
- Нет. - Он провел пальцем по ее щеке, где еще совсем недавно был
кровоподтек. Теперь он прошел, но Рорк все
отлично помнил. - Просто я немного за тебя волнуюсь.
"Очень волнуюсь", - признался он себе.
- Я хороший полицейский.
- Знаю. Единственный, которым я восхищаюсь искренне и неподдельно. Какой
странный поворот судьбы - я
полюбил женщину, стоящую на страже закона!
- Мне кажется еще более странным то, что я связалась с человеком, который
может торговать островами.
- Вышла замуж, - поправил он, засмеялся и притянул ее к себе. - Ну же,
скажи это: "Вышла замуж". У тебя что,
язык не поворачивае |
