тавив от крыла одну косточку и выпив
шампанское до последней капли, Аделаида утерла губы, открыла глаза и озарила
кузину глубоким, полным удовлетворения
взглядом.
- Мое дорогое дитя, - начала она, - я считаю, что в данный момент вы
подходите к вашей проблеме не с той стороны. Если я
правильно поняла, неожиданное воскрешение вашего покойного мужа повергло вас в
большое смятение, и с тех пор, как вы
опознали его, вы живете в постоянном страхе вновь увидеть его. Это действительно
так?
- Конечно! Но я не пойму, к чему вы клоните, дорогая. Неужели, по-вашему, я
должна радоваться при появлении человека,
которого я справедливо покарала за его преступление?
- Мой Бог.., да, до некоторой степени!
- И почему же?
- Да потому что, если этот человек жив, вы больше не убийца и вам нечего
бояться, что английская полиция вас сцапает,
если предположить, что она посмеет во время войны обратиться с подобным
ходатайством к Франции!
- Меня больше не пугает английская полиция, - улыбаясь, сказала Марианна. -
Кроме того, что мы находимся в состоянии
войны, покровительства императора достаточно, чтобы я не боялась ничего в мире!
Но в одном смысле вы правы. В конце
концов, ведь приятно сознавать, что твои руки больше не обагрены кровью.
- Вы в этом уверены? Остается очаровательная кузина, которую вы так ловко
уложили...
- - Безусловно, я не убила ее. Если Франсис смог спастись, я готова
поспорить, что Иви Сен-Альбэн тоже жива.
К тому же у меня больше нет никаких оснований желать ей смерти, потому что
Франсис для меня всего лишь...
- ..супруг, надлежащим образом освященный Церковью, моя дорогая!.. Вот
почему я говорю, что вместо того, чтобы
волноваться и пытаться избавиться от вашего призрака, вы должны смело выступать
против него. Если бы я была на вашем
месте, я сделала бы все на свете, чтобы встретить его. Итак, когда гражданин
Фуше придет лицезреть вас завтра утром...
- Отк |
