го... имиджа?
- Мэвис! - трагически возопил Джонни. - Ты все такая же!.. Боже, почему я не
остался в Детройте мыть машины!..
- А разве я сказала что-то не то? - Мне иногда действительно бывает очень
трудно понять, чем я так раздражаю своего компаньона. - Ладно, будем считать,
что
имидж - это такой особый способ расстегивания бюстгальтера...
Джонни обхватил голову руками, закатил глаза и что-то забормотал.
"Суслик" решил вежливо напомнить о себе легким покашливанием. Надо честно
отметить: это был весьма деликатный человек.
- В клубе "Берлин", мисс Зейдлиц, - доверительно сказал клиент, - творится
нечто ужасное... подозрительное... Так показалось Ирме, так теперь кажется и
мне, -
уверенно закончил он это страшное сообщение.
После всего, что выделывал Джонни, я решила промолчать. Я вспомнила случаи,
когда клиент приходил к нам просто потому, что хотел выговориться. Быть может, и
Хетчик такой? Поэтому я смотрела на него во все глаза и молчала, что, впрочем,
давалось мне с большим трудом.
- Моя Ирма и эта мерзкая Саломея поссорились, - сказал Хетчик. - Произошло
это во время выступления, прямо на сцене. Я там не присутствовал, а Ирма
передала
мне в основном эмоции, а не факты. Суть ссоры в том, что Саломея сорвала с шеи
Ирмы талисман... Ирма называет этот талисман как-то странно: джи-стринг. Вроде
бы
это медальон на струне от скрипки. Саломея, как я только что сказал, прошипела
Ирме,
что медальон принадлежит ей, и сорвала его...
Только я открыла рот, чтобы прокомментировать это, как Джонни сотворил глаза
- как два блюдца, и я решила опять промолчать, что было весьма и весьма нелегко.
- А потом... - тут Хетчик набрал полную грудь воздуха, так что я испугалась,
как
бы он не лопнул от натуги, - когда выступление кончилось, Ирма пошла в гримерку
Саломеи, чтобы высказать ей все... Надо сказать, Ирма была страшно разозлена и
вошла без стука.
Хетчик выпустил из легких воздух и скукожился. Он стал таким |
