ие стебли.
- Вставай, - сказал мальчик, бледный, решительный, словно сразу
повзрослевший.
- Отстань! - огрызнулась Сюзи.
- Ты что ж, хочешь, чтоб я ушел, а тебя бросил? - сказал мальчик.
Она украдкой приоткрыла один синий глаз под надежным прикрытием капора и
взглянула
на его преобразившееся лицо.
- Ну и пу-у-усть.
Он сделал вид, будто хочет уйти, но на деле только повернулся и взглянул на
заходящее
солнце.
- Клаленс!
- Ну?
- Подними меня.
Она протянула руки. Он осторожно поднял ее с земли, взял на руки и положил
ее голову к
себе на плечо.
- Ну вот что, - сказал он, - ты хорошенько гляди в ту сторону, а я в эту, и
мы их живо
найдем.
Эта мысль ей как будто понравилась. Несколько секунд Кларенс шел
спотыкаясь, в
молчании, потом она спросила:
- Ты видишь чего-нибудь, Клаленс?
- Ничего.
- И я ничего.
Такое равенство между ними, очевидно, ее успокоило. Вскоре девочка поникла
у него на
руках. Она заснула.
Солнце садилось; вон оно уже коснулось края горизонта и светило теперь ему
прямо в
усталые глаза. Иногда оно совсем слепило его, мешало смотреть. Горизонт
подернулся дымкой,
среди которой плавали черные пятна, и от однообразной поверхности прерии
отсвечивали
круги, словно двойники солнца. Тогда он решил не смотреть вперед, пока не
сосчитает до
пятидесяти, потом до ста, но результат был все тот же - он снова видел лишь
пустынную,
безбрежную прерию, солнечный диск, который, опускаясь за горизонт, становился
все багровее,
да зарево, которое занималось от этого диска, и больше ничего.
Шатаясь под тяжестью своей ноши, он пробовал отвлечься, воображая, как
будет
обнаружено их отсутствие. Он словно услышал угрюмые, недовольные голоса,
спорящие, как
всегда по вечерам, о месте ночлега. Услышал недовольный голос Джона Силсби,
когда тот
остановился возле их фургона и сказал: "Ну-ка вылазьте оба, да поживей!"
Услышал, как он
строго повторил свой |
