здуть и разлить вокруг этот
пожар? Я надеялась, что окружу его, что он погаснет сам собой. Да, все, что я
сама себе
говорю, все, в чем я глубоко уверена, оправдывает меня перед самой собою; но как
воспримет это брат мой? Нельзя отрицать, что задор чужеземных учителей растет со
дня
на день. Они ругались над нашей святыней, они расшатывали неповоротливую мысль
простонародья и вели его на путь сумасбродства. Нечестивые души смешались с
возмутителями, и совершились ужасные дела, о которых страшно подумать и о
которых
теперь именно я обязана известить двор как можно скорее, пока не предупредила
меня
общая молва, чтобы король не подумал, что от него хотят скрыть нечто худшее. Я
не вижу
никакого способа, ни сурового, ни мягкого, отвести беду. О, что такое мы,
великие мира,
на морском гребне человечества? Мнится нам, что мы им властвуем, а оно швыряет
нас
вверх и вниз, взад и вперед.
Макьявель входит.
П р а в и т е л ь н и ц а. Составлены ли письма к королю?
М а к ь я в е л ь. Через час благоволите их подписать.
П р а в и т е л ь н и ц а. Достаточно ли обстоятельно написали вы доклад?
М а к ь я в е л ь. Обстоятельно и подробно, как то любит король. Я
излагаю, как
сначала в Сент-Омере возникло иконоборческое неистовство. Как яростная толпа,
запасшаяся палками, топорами, молотками, лестницами, веревками, сопровождаемая
малой кучкой вооруженных, сперва врывалась в часовни, в церкви, в монастыри,
изгоняла
людей богобоязненных, взламывала запертые ворота, все ниспровергала,
опрокидывала
алтари, разбивала статуи святых, губила все иконы, все, что только находила
священного
и освященного, - все громила, рвала, растаптывала. Как, подвигаясь дальше, толпа
разрасталась, как жители Иперна отворили перед нею ворота. Как она с неимоверною
быстротой разорила собор, сожгла библиотеку епископа. Как громадная лава людей,
охваченная тем же безумием, разлилась по Менину, Комину, Фервику и Лиллю, нигде
не
вс |
