Сколько их бредет, с гноящимися
ногами, бредет и пропадает костью в великой степи!
Ратник уже успел поймать крестьянского коня и теперь насмешливо
глядел на подбегавшего мужика. Лошадь мелко дрожала кожей, тонко ржала,
кося кровавым глазом.
Мужик, в некрашеной посконине, еще бежал, пригнувшись, вверх по скату
холма, косо загребая твердыми, в бугристых мозолях, растоптанными стопами
колкую с прошлогодней косьбы, сухую затравяневшую землю, и на бегу все
вскидывал руку лопаточкой, пытаясь, защитив глаза от солнца, разглядеть
князя, но уже чуялось, что и сам не знает, догонять ли лошадь или, спасая
жизнь, стремглав кинуться назад, в лес.
Князь чуть повел шеей и краем глаза увидел, как Ратша повелительно
кивнул ратнику, и ратник, по каменной спине князя мигом догадав, что дал
маху, толкнул стременами бока своего скакуна, дергая упирающуюся кобылу: -
<Но! К хозяину идешь, шалая!> - с нарочитым безразличием подъехал к
остоявшемуся мужику, верившему и не верившему нежданной удаче, и протянул
тому конец веревочного повода. Мужик вздрогнул, чуть не оплошав,
попятился, но успел-таки поймать прянувшую вбок кормилицу. Под тяжелым
взглядом полуприкрытых отекшими веками глаз ратник отпустил повод, и
мужик, смятенно озираясь на князя, торопливо вскарабкался на хребет лошади
и так, охлюпкой, погнал ее скорее в лес, туда, где таял в воздухе дым
догорающей деревни. Ратник воротился в строй. Князь, так и не вымолвив
слова, отворотил лицо.
Земля была своя, и зорить ее без толку не стоило.
Часть первая
ГЛАВА 1
Александр умер на обратном пути из Орды, не доехав до Владимира, в
Городце.
Приставали в Нижнем. Обламывая береговой лед, ладьи подводили к
берегу. Бессильное тело больного князя бережно выносили на руках. Тяжелую
кладь, казну и товары, оставили назади, ехали налегке - довезти б |
