и намного отступить, поболее, чем за столетие, в
преждебывшую судьбу Ростовской земли, судьбу, которая как-то все не
состаивалась да не состаивалась, да так и не состоялась совсем.
А град Ростов Великий был, между тем, древнейшим градом Залесья, всей
этой огромной, холмистой, утонувшей в лесах и еще очень и очень необжитой
"украины", которую позже назовут Залесской или Суздальской Русью, а еще
спустя - Владимирским великим княжеством. Но еще не было ни Владимира, ни
Суздаля, и не хлынули еще с юга новые насельники, распахавшие Ополье и
наставившие городов по крутоярам рек, а Ростов Великий уже стоял - как Киев,
как Полоцк, как Новгород, - и был прозван "великим" не просто так, не
красного слова ради и не из пустой выхвалы, великим и был. И епископия
учредилась ростовская, и была она старейшей и паче других уважаемой в
Залесской земле, и храмы воздвигнулись, и мудрость книжная процвела, и
православная вера в жестокой борьбе с языческим идолослужением паче всего
воссияла именно здесь. (Сказывают и доныне, как идол языческого бога Велеса,
сотворенный из камени многоцветного, уходил, в грозе и буре, от дворца
Константинова на окраину города, в Велесов конец. Великая гроза зажгла град
и капище древнего бога, он же сам вышел из капища и пошел по брегу. Пылали и
рушились хоромы окрест, а озеро кипело у его ног, выбрасывая на берег снулую
рыбу.) И как некогда в матерь городов русских, в Киев, стремились ученые
люди, взыскующие света книжной мудрости, так ныне в Ростов ехали и шли
книгочеи, жаждавшие света знаний... Но как-то так пошло потом, что возник и
усилился хлебный Суздаль, а там и Владимир на Клязьме, основанный Владимиром
Мономахом во имя свое, и сей град, младший пригород Ростову, скоро обогнал
родителя своего, и уже и стол великокняжеский перешел туда, и стала меркнуть
слава древнейшего города...
Старший сын князя Всеволода Большое Гнездо, Константин, во |
